.webp)
Моцарт легко относится к
собственной славе и к своим творениям. Ему не обидно, а только смешно, когда
слепой музыкант коверкает его музыку. Он даже вознаграждает старика
Старик играет арию из
Дон-Жуана; Моцарт хохочет.
Сальери
И ты смеяться
можешь?
Моцарт
Ах, Сальери!
Ужель и сам ты
не смеешься?
Сальери
Нет.
Мне не смешно,
когда маляр негодный
Мне пачкает
Мадонну Рафаэля,
Мне не смешно,
когда фигляр презренный
Пародией
бесчестит Алигьери.
Пошел, старик.
Моцарт
Постой же: вот
тебе,
Пей за мое
здоровье.
Старик уходит.
Так же беззаботно он
рассказывает о том, как сочинил новое произведение
Сальери
Что ты мне
принес?
Моцарт
Нет ‒ так;
безделицу. Намедни ночью
Бессонница моя
меня томила,
И в голову
пришли мне две, три мысли.
Сегодня их я
набросал.
Сюжет Моцарту видится так:
Моцарт
(за фортепиано)
Представь
себе... кого бы?
Ну, хоть меня ‒
немного помоложе;
Влюбленного ‒
не слишком, а слегка ‒
С красоткой,
или с другом ‒ хоть с тобой,
Я весел...
Вдруг: виденье гробовое,
Незапный мрак
иль что-нибудь такое...
Ну, слушай же.
К похвалам Моцарт
относится с иронией
Сальери
Какая глубина!
Какая смелость
и какая стройность!
Ты, Моцарт,
бог, и сам того не знаешь;
Я знаю, я.
Моцарт
Ба! право?
может быть...
Но божество мое
проголодалось.
Но работа над «Реквиемом»
его тревожит
Моцарт
Признаться,
Мой Requiem
меня тревожит.
С заказом «Реквиема»
связана почти мистическая история, которая не дает покоя Моцарту
Моцарт
Недели три
тому, пришел я поздно
Домой. Сказали
мне, что заходил
За мною кто-то.
Отчего ‒ не знаю,
Всю ночь я
думал: кто бы это был?
И что ему во
мне? Назавтра тот же
Зашел и не
застал опять меня.
На третий день
играл я на полу
С моим мальчишкой.
Кликнули меня;
Я вышел.
Человек, одетый в черном,
Учтиво
поклонившись, заказал
Мне Requiem и
скрылся. Сел я тотчас
И стал писать ‒
и с той поры за мною
Не приходил мой
черный человек;
А я и рад: мне
было б жаль расстаться
С моей работой,
хоть совсем готов
Уж Requiem.
Моцарт боится этого
черного человека. Ему кажется, что тот его преследует, повсюду гонится за ним.
Моцарт
Мне день и ночь
покоя не дает
Мой черный
человек. За мною всюду
Как тень он
гонится. Вот и теперь
Мне кажется, он
с нами сам-третей
Сидит.
Чистый душой Моцарт не
верит в то, что гений может быть злодеем
Моцарт
Ах, правда ли,
Сальери,
Что Бомарше
кого-то отравил?
Сальери
Не думаю: он
слишком был смешон
Для ремесла
такого.
Моцарт
Он же гений,
Как ты да я. А
гений и злодейство ‒
Две вещи
несовместные. Не правда ль?
Моцарт до последнего
думает, что они с Сальери ‒ друзья
Моцарт
За твое
Здоровье, друг,
за искренний союз,
Связующий
Моцарта и Сальери,
Двух сыновей
гармонии.
Гений уверен, что слезы
Сальери оттого, что он глубоко чувствует красоту музыки
Моцарт
Когда бы все
так чувствовали силу
Гармонии!
Он уходит умирать,
уверенный в дружбе и преданности Сальери, в том, что они оба ‒ избранные
Моцарт
Нас мало
избранных, счастливцев праздных,
Пренебрегающих
презренной пользой,
Единого
прекрасного жрецов.
Не правда ль?
Но я нынче нездоров,
Мне что-то
тяжело; пойду засну.
Прощай же!
Источник: Пушкин А.С. Полное собрание сочинений : в 17 т. Том 7. Драматические произведения. - М.: Воскресение, 1994. - 395 с.
Комментариев нет:
Отправить комментарий