Альбер
Альбер беден и стыдится своей нищеты. При этом он сильный и
достойный рыцарь
Иван
И вы ему
порядком отплатили:
Как из стремян
вы вышибли его,
Он сутки
замертво лежал ‒ и вряд ли
Оправился.
Но даже собственная доблесть не радует Альбера, потому что его
соперник богат и материально не пострадал
Альбер
А все ж он не в
убытке;
Его нагрудник
цел венецианский,
А грудь своя:
гроша ему не стоит;
Другой себе не
станет покупать.
Зачем с него не
снял я шлема тут же!
А снял бы я,
когда б не было стыдно
Мне дам и
герцога. Проклятый граф!
Он лучше бы мне голову пробил.
Альбер стыдится того, что у него нет такого нарядного
платья, как у других рыцарей
Альбер
И платье нужно
мне. В последний раз
Все рыцари
сидели тут в атласе
Да бархате; я в
латах был один
За герцогским
столом. Отговорился
Я тем, что на
турнир попал случайно.
А нынче что скажу?
Бедность унижает его
Альбер
О бедность,
бедность!
Как унижает сердце нам она!
Альбер с нетерпением ждет смерти отца, чтобы получить
наконец наследство
Альбер
А золото спокойно
в сундуках
Лежит себе.
Молчи! когда-нибудь
Оно послужит
мне, лежать забудет.
Жид
Да, на
бароновых похоронах
Прольется
больше денег, нежель слез.
Пошли вам бог скорей наследство.
Альбер презирает и ненавидит отца, но все же, когда жид
Соломон предлагает ему отравить родителя, с возмущением отказывается
Альбер
Как! отравить
отца! и смел ты сыну...
Иван! держи
его. И смел ты мне!..
Да знаешь ли,
жидовская душа,
Собака, змей!
что я тебя сейчас же
На воротах
повешу.
С горечью Альбер понимает, что до мыслей об убийстве отца
его довела скупость барона.
Альбер
Вот до чего
меня доводит
Отца родного
скупость! Жид мне смел
Что предложить!
Юноша решает обратиться с
жалобой к герцогу, чтобы тот заставил его отца содержать его, как положено отцу
содержать сына.
Альбер
Нет, решено ‒
пойду искать управы
У герцога:
пускай отца заставят
Меня держать
как сына, не как мышь,
Рожденную в
подполье.
Только крайняя бедность
заставляет его пойти на подобный шаг
Альбер
Поверьте,
государь, терпел я долго
Стыд горькой
бедности. Когда б не крайность,
Вы б жалобы
моей не услыхали.
Когда отец обвиняет сына в
желании убить и ограбить его, Альбер не выдерживает и называет отца лжецом. Он
принимает вызов на поединок от барона
Альбер
Вы лжец.
Барон
И гром еще не
грянул, боже правый!
Так подыми ж, и
меч нас рассуди!
(Бросает перчатку, сын поспешно ее
подымает.)
Альбер
Благодарю. Вот первый дар отца.
Барон
Барон крайне скуп. Эта
черта вызывает презрение у его сына Альбера
Альбер
О! мой отец не
слуг и не друзей
В них видит, а
господ; и сам им служит.
И как же
служит? как алжирский раб,
Как пес цепной.
В нетопленной конуре
Живет, пьет
воду, ест сухие корки,
Всю ночь не
спит, все бегает да лает.
А золото
спокойно в сундуках
Лежит себе.
Целый день Барон мечтает
только о том, чтобы спуститься в свой тайный подвал к заветным сундукам.
Барон
Как молодой
повеса ждет свиданья
С какой-нибудь
развратницей лукавой
Иль дурой, им
обманутой, так я
Весь день
минуты ждал, когда сойду
В подвал мой
тайный, к верным сундукам.
Для него счастливый день
тот, когда он может добавить в свои сундуки еще горсть золота:
Барон
Счастливый
день! могу сегодня я
В шестой сундук
(в сундук еще неполный)
Горсть золота
накопленного всыпать.
Золото дает Барону
ощущение власти, собственного могущества
Барон
Так я, по
горсти бедной принося
Привычну дань
мою сюда в подвал,
Вознес мой холм
‒ и с высоты его
Могу взирать на
все, что мне подвластно.
Что не
подвластно мне? как некий Демон
Отселе править
миром я могу;
Лишь захочу ‒
воздвигнутся чертоги;
В великолепные
мои сады
Сбегутся Нимфы
резвою толпою;
И Музы дань
свою мне принесут,
И вольный Гений
мне поработится,
И Добродетель и
бессонный Труд
Смиренно будут
ждать моей награды.
Я свистну, и ко
мне послушно, робко
Вползет
окровавленное Злодейство,
И руку будет
мне лизать, и в очи
Смотреть, в них
знак моей читая воли.
Мне всё
послушно, я же ‒ ничему;
Я выше всех
желаний; я спокоен;
Я знаю мощь
мою: с меня довольно
Сего
сознанья...
За каждым его золотым ‒
слезы, кровь, пот людей. Барон ‒ безжалостный ростовщик, которого не трогают ни
слезы матерей, ни бедственное положение детей, ни то, что его должники воруют и
убивают, чтобы отдать долги.
Барон
Кажется, не
много,
А скольких
человеческих забот,
Обманов, слез,
молений и проклятий
Оно
тяжеловесный представитель!
Тут есть дублон
старинный... вот он. Нынче
Вдова мне
отдала его, но прежде
С тремя детьми
полдня перед окном
Она стояла на
коленях воя.
Шел дождь, и
перестал и вновь пошел,
Притворщица не
трогалась; я мог бы
Ее прогнать, но
что-то мне шептало,
Что мужнин долг
она мне принесла,
И не захочет
завтра быть в тюрьме.
А этот? этот
мне принес Тибо ‒
Где было взять
ему, ленивцу, плуту?
Украл, конечно;
или, может быть,
Там на большой
дороге, ночью, в роще...
Да! если бы все
слезы, кровь и пот,
Пролитые за
все, что здесь хранится,
Из недр земных
все выступили вдруг,
То был бы вновь
потоп ‒ я захлебнулся б
В моих подвалах
верных.
Открывая сундук, Барон
испытывает патологическое чувство страха и наслаждения одновременно
Барон
Я каждый раз,
когда хочу сундук
Мой отпереть,
впадаю в жар и трепет.
Не страх (о
нет! кого бояться мне?
При мне мой
меч: за злато отвечает
Честной булат),
но сердце мне теснит
Какое-то
неведомое чувство...
Нас уверяют
медики: есть люди,
В убийстве
находящие приятность.
Когда я ключ в
замок влагаю, то же
Я чувствую, что
чувствовать должны
Они, вонзая в
жертву нож: приятно
И страшно
вместе.
Глядя на груды золота,
скупой Барон ощущает себя настоящим царем
Барон
Я царствую!..
Какой волшебный блеск!
Послушна мне,
сильна моя держава;
В ней счастие,
в ней честь моя и слава!
Я царствую...
Одно его огорчает и
тревожит: что после его смерти беспутный сын все быстро промотает
Барон
…но кто вослед
за мной
Приимет власть
над нею? Мой наследник!
Безумец,
расточитель молодой,
Развратников
разгульных собеседник!
Едва умру, он,
он! сойдет сюда
Под эти мирные,
немые своды
С толпой
ласкателей, придворных жадных.
Украв ключи у
трупа моего,
Он сундуки со
смехом отопрет.
И потекут
сокровища мои
В атласные
диравые карманы.
Он разобьет
священные сосуды,
Он грязь елеем
царским напоит ‒
Он расточит...
Барон горюет, вспоминая,
какой высокой ценой досталось ему золото, как он во всем себе отказывал, не
спал ночей, как мучился от угрызений совести
Барон
А по какому
праву?
Мне разве даром
это все досталось,
Или шутя, как
игроку, который
Гремит костьми
да груды загребает?
Кто знает,
сколько горьких воздержаний,
Обузданных
страстей, тяжелых дум,
Дневных забот,
ночей бессонных мне
Все это стоило?
Иль скажет сын,
Что сердце у
меня обросло мохом,
Что я не знал
желаний, что меня
И совесть
никогда не грызла, совесть,
Когтистый
зверь, скребущий сердце, совесть,
Незваный гость,
докучный собеседник,
Заимодавец
грубый, эта ведьма,
От коей меркнет
месяц и могилы
Смущаются и
мертвых высылают?..
Нет, выстрадай
сперва себе богатство,
А там
посмотрим, станет ли несчастный
То расточать,
что кровью приобрел.
Старый скупец сожалеет,
что после смерти не сможет охранять и держать втайне свои сокровища
Барон
О, если б мог
от взоров недостойных
Я скрыть
подвал! о, если б из могилы
Прийти я мог,
сторожевою тенью
Сидеть на
сундуке и от живых
Сокровища мои
хранить, как ныне!..
У барона хорошие отношения
с герцогом: он дружил с его дедом. Барон умеет польстить молодому правителю
Барон
Я как теперь
вас вижу. О, вы были
Ребенок резвый.
Мне покойный герцог
Говаривал:
Филипп (он звал меня
Всегда
Филиппом), что ты скажешь? а?
Лет через
двадцать, право, ты да я,
Мы будем глупы
перед этим малым...
Пред вами, то
есть...
Вместе с тем барон не
хочет бывать при дворе. Ему чужды все увеселения, балы и турниры. Единственное,
что он обещает герцогу ‒ сразиться за него на войне
Барон
Стар, государь,
я нынче: при дворе
Что делать мне?
Вы молоды; вам любы
Турниры,
праздники. А я на них
Уж не гожусь.
Бог даст войну, так я
Готов, кряхтя,
взлезть снова на коня;
Еще достанет
силы старый меч
За вас рукой
дрожащей обнажить.
Как только речь заходит о
сыне, скупец начинает лгать герцогу
Барон
Мой сын не
любит шумной, светской жизни;
Он дикого и
сумрачного нрава ‒
Вкруг замка по
лесам он вечно бродит,
Как молодой
олень.
Чтобы не давать сыну содержания,
барон выставляет своего сына гулякой, буяном и недостойным человеком
Барон
Он, государь, к
несчастью, недостоин
Ни милостей, ни
вашего вниманья.
Он молодость
свою проводит в буйстве,
В пороках
низких...
Он лжет, что сын хотел
убить и обокрасть его
Барон
Он... он меня
Хотел убить.
Герцог
Убить! так я
суду
Его предам, как
черного злодея.
Барон
Доказывать не
стану я, хоть знаю,
Что точно
смерти жаждет он моей,
Хоть знаю то,
что покушался он
Меня...
Герцог
Что?
Барон
Обокрасть.
Сошедший с ума от скупости
отец вызывает родного сына на поединок
Альбер
Вы лжец.
Барон
И гром еще не
грянул, боже правый!
Так подыми ж, и
меч нас рассуди!
(Бросает перчатку, сын поспешно ее
подымает.)
Альбер
Благодарю. Вот
первый дар отца.
От потрясения барон
умирает. Но его последние слова ‒ не о сыне, не о своей душе, а о ключах, о
сундуках
Барон
Простите,
государь....
Стоять я не
могу... мои колени
Слабеют...
душно!.. душно!.. Где ключи?
Ключи, ключи
мои!..
Герцог
.jpg)
Герцог верит, что
обвинения Альбера не беспочвенны. С его точки зрения, Альбер ‒ благородный
рыцарь, такие не будут жаловаться без крайности.
Герцог
Я верю, верю:
благородный рыцарь,
Таков, как вы,
отца не обвинит
Без крайности.
Таких развратных мало...
Но вместе с тем тактичный
и добрый герцог собирается наедине поговорить с бароном, помня, что тот был
другом его деда.
Герцог
Спокойны
будьте: вашего отца
Усовещу
наедине, без шуму.
Я жду его.
Давно мы не видались.
Он был друг
деду моему. Я помню,
Когда я был еще
ребенком, он
Меня сажал на
своего коня
И покрывал
своим тяжелым шлемом,
Как будто
колоколом.
В детстве герцог был
резвым и умным ребенком
Барон
Я как теперь
вас вижу. О, вы были
Ребенок резвый.
Мне покойный герцог
Говаривал:
Филипп (он звал меня
Всегда
Филиппом), что ты скажешь? а?
Лет через двадцать,
право, ты да я,
Мы будем глупы
перед этим малым...
Пред вами, то
есть...
Барона уважали дед и отец
герцога, и он старается выказать почтение старику
Герцог
Барон, усердье
ваше нам известно;
Вы деду были
другом; мой отец
Вас уважал. И я
всегда считал
Вас верным,
храбрым рыцарем…
Герцог стремится уговорить
барона дать содержание сыну, дать ему возможность бывать при дворе, участвовать
в балах и турнирах. Герцог не верит в клевету барона на сына
Барон
Он, государь, к
несчастью, недостоин
Ни милостей, ни
вашего вниманья.
Он молодость
свою проводит в буйстве,
В пороках
низких...
Герцог
Это потому,
Барон, что он
один. Уединенье
И праздность
губят молодых людей.
Пришлите к нам
его: он позабудет
Привычки,
зарожденные в глуши.
Только в самое тяжкое
обвинение, что сын хотел убить отца, герцог верит и возмущается
Барон
Он... он меня
Хотел убить.
Герцог
Убить! так я
суду
Его предам, как
черного злодея.
Герцог в ужасе от того,
что сын и отец ненавидят друг друга и даже готовы сойтись в поединке.
Герцог
Что видел я?
что было предо мною?
Сын принял
вызов старого отца!
В какие дни
надел я на себя
Цепь герцогов!
Молчите: ты, безумец,
И ты, тигренок!
полно. (Сыну.) Бросьте это;
Отдайте мне
перчатку эту
(отымает ее).
Правитель осуждает их
обоих, гонит из дворца Альбера, стыдит барона
Герцог
Так и впился в
нее когтями! ‒ изверг!
Подите: на
глаза мои не смейте
Являться до тех
пор, пока я сам
Не призову вас.
(Альбер выходит).
Вы, старик
несчастный,
Не стыдно ль
вам...
Когда барон внезапно
умирает, герцог сожалеет не только о его смерти, но и о жестокости нынешнего
времени
Герцог
Он умер. Боже!
Ужасный век,
ужасные сердца!
Краткое содержание трагедии "Скупой рыцарь"
Источник: Пушкин А.С. Полное собрание сочинений : в 17 т. Том 7. Драматические произведения. - М.: Воскресение, 1994. - 395 с.
Комментариев нет:
Отправить комментарий